GlobalRus.ru
Раздел: Реплики
Имя документа: Компромисс – категория будущего времени
Автор: Альберт Акопян
Дата: 05.09.2007
Адрес страницы: http://www.globalrus.ru/column/784245/
Компромисс – категория будущего времени

Грузино-абхазские отношения

По сообщению ИА «Кавказский узел», 4 сентября в Абхазию с четырехдневным визитом прибыла делегация посольства США и Агентства по Международному развитию США (USAID). В составе делегации заместитель главы политического и экономического отдела посольства Роберт Кин, директор отдела USAID по вопросам энергетики и окружающей среды Джон Хансен. Члены делегации встречаются с главами районов, министрами, председателями Национального банка, Торгово-промышленной палаты, госкомитета по курортам и туризму, главами госкомпаний непризнанной республики. И это уже не сенсация.

Действительно, Абхазия (Апсны – по-абхазски, Абхазети – по-грузински), пожалуй, самая «состоявшаяся» из непризнанных республик на территории бывшего СССР. Здесь есть важнейшее условие для складывания государства – сложившаяся нация. Но есть и проблема, которая в рамках сегодняшних подходов кажется неразрешимой. До 1992 года абхазы составляли 18% населения республики. Грузины – почти половину. Бессмысленно рассуждать о том, что в 1920 году соотношение было противоположным, и тем более о том, по какой абхазской реке проходила граница поселений племен абасгов и мингрелов в 7 веке. Проблема беженцев должна быть решена.

Независимость Апсны со столицей в городе Сухум. Возрождение грузинского региона Абхазети со столицей в городе Сухуми. Возвращение грузинских беженцев. Сохранение абхазского большинства в Апсны. Эти положения кажутся взаимоисключающими. Потому что, рассуждая о компромиссах, в реальной политике ни одна сторона никогда не идет на компромисс. И даже не задумывается о нем. В 99 случаях из 100 движение в сторону компромисса это не «шаг», а попытка удержаться на ногах после жестокого удара.

Есть расхожая фраза о том, что политика – искусство возможного. Возможное – категория настоящего времени. Сербский президент Слободан Милошевич шел на «компромисс», готов был уступить что-то, только тогда, когда это что-то фактически уже терял. В 1992 году хорватский президент Франьо Туджман предлагал ему мир и 90% Боснии (кроме хорватской западной Герцеговины) при условии, что тот откажется от сербских анклавов в Хорватии («Сербская Краина»). Г-н Милошевич требовал треть Хорватии. (О государственности бошняков-мусульман ни тот, ни другой речи не вел.) В 1993-м Туджман назвал Сараево «сербским городом» настолько же, насколько Книн, Вуковар и боснийский Травник – города хорватские, указав тем самым новую границу раздела, менее благоприятную для сербов. Милошевич не желал замечать быстрого укрепления хорватской армии и лишь соглашался обсудить взаимоприемлемые границы Краины. В 1994 году на неформальной встрече хорватский президент предложил коллеге новую границу (нашумевшая «карта на салфетке») – уже без Сараево, но с Тузлой и Зеницей. Милошевич не желал замечать изоляции Югославии и перехода стратегической инициативы к хорватам и бошнякам и соглашался на автономию Краины, но заявлял, что не откажется от Сараево. Летом 1995 года была разгромлена Сербская Краина в Хорватии, осенью – Сербская республика в Боснии. Последняя потеряла четверть территории, и только признание ее руководством целостности БиГ и дейтонских соглашений спасло боснийских сербов от участи хорватских – от участи беженцев.

Сербия утратила инициативу, и это привело к трагедии Косово. Югославский президент удостоился титула одного из отцов боснийского умиротворения, рукопожатий и улыбок сильных мира сего. Впервые прозвучали смутные обещания членства в Евросоюзе и НАТО. Милошевич решил, что может «навести порядок» в крае так же, как хорваты навели его в Краине. Это было ошибкой, хотя много позже европейцы признали, что большинство сообщений о «зверствах сербов» в Косово, да и в Боснии оказались фальшивками. Но дело сделано.

Не надо искать здесь прямых аналогий с конфликтами на Кавказе. Действительно, каждый конфликт уникален. Речь о другом.

Мы хорошо знаем, на что рассчитывает каждая из сторон в кавказских конфликтах. Но так же очевидно, что все эти расчеты основаны на преувеличенном представлении маленьких государств, «признанных» и «непризнанных», о своей роли в политике государств больших. Соглашение между Лаосом и Камбоджей о судоходстве на Меконге – это политика. Рассуждения главы небольшого государства, к Европе относящегося весьма условно, о необходимости для Европы альтернативных маршрутов энергоносителей – это не политика. Это игра в политику. Маленьким государствам, строящим свои планы в конфликтах с соседями или регионами на поддержке великих держав, не позволено принимать судьбоносных решений. Им лишь позволено совершать ошибки.

Люди ездят по дорогам и возят по ним товары. Они знакомятся, обмениваются товарами и дружат. Этот текст слишком прост даже для школьников с ограниченными возможностями. Когда премьер-министр Баварии Франц Йозеф Штраус узнал, что в Югославии локомотивы ведут составы только по «своей» республике и меняются на границе, он сказал: «Значит, они скоро разберут рельсы. Жаль, красивая была страна». Он умер года за три до распада Югославии. Страшно подумать, насколько транзитная железная дорога через Абхазию нужна России. Наверное, настолько, что ее польза для Грузии, для грузинских беженцев из Абхазии, для грузинских товаров выглядит несущественной.

Победителя определит правильный глобальный выбор? Увы, и это не факт. Политика строится на культивировании и эксплуатации стереотипов. Югославия после Второй мировой отбилась от диктата советских вождей и не вступила ни в военные, ни в экономические организации соцлагеря (Организация варшавского договора и Совет экономической взаимопомощи). Полтора миллиона граждан этой страны постоянно работали в Европе, это была единственная социалистическая страна, покупавшая американское оружие, и называли ее (ее, а не Албанию) «гордым балканским орлом». Но караван повернул в другую сторону, и первый верблюд оказался последним. Югославия из «оазиса свободы» превратилась в «заповедник коммунизма». Никто не знает, кто окажется «плохим парнем», а кто «защитником общечеловеческих ценностей» еще через 15 лет, и какие границы они в этом качестве закрепят за собой.

Правильная политика – не искусство возможного сегодня. Правильная политика – искусство предвидения. Искусство жесткого, честного, беспристрастного прогноза. Решимость действовать в соответствии с принятым решением. И особенно необходима решимость покончить с любым конфликтом, если точный прогноз невозможен! А он не возможен никогда. Поэтому благословен политик, боящийся завтрашнего дня. И решительный в своем страхе за страну. Он способен на компромисс – учет неблагоприятного будущего.

Независимость Апсны со столицей в городе Сухум. Возрождение грузинского региона Абхазети со столицей в городе Сухуми. Возвращение грузинских беженцев. Сохранение абхазского большинства в Апсны. Понятно, что формальное совмещение этих условий – задача не бог весть, какая трудная.

Скажем, через создание государства Абхазская Конфедерация. С двумя общинами и двумя регионами – Республика Апсны и Республика Абхазети.

Варианты границ между ними.

А) Вариант, учитывающий демографические реалии 1991 года. Грузинский регион (Республика Абхазети) состоит из трех изолированных друг от друга, но имеющих выход к Грузии или к морю территорий: Гали, верхняя часть Кодорского ущелья, а также значительная часть Сухуми и прибрежной части Гульрипшского района. Абхазский регион (Республика Апсны) включает все остальные территории.

Радикальные варианты раздела, обеспечивающие максимальную стратегическую безопасность регионов:

В) максимально «прогрузинский», но компенсирующий обмен абхазских территорий: граница Апсны и Абхазети по реке Келасури (Кяласур) фактически на восточной окраине Сухуми до перевала Аданге (водораздел рек Бзыбь и Чхалта, приток Кодори) и Главного Кавказского хребта. Т.е. полностью совпадая с нынешней границей Сухумского и Гульрипшского районов).

С) максимально «проабхазский», но оставляющий возможность возвращения грузинских беженцев: граница Апсны и Абхазети по реке Кодори (Кодор), т.е. фактически по границе Гульрипшского и Очамчирского районов.

Границы, как Республики Апсны и Республики Абхазети, так и Абхазской Конфедерации в целом, получают международные гарантии.

В случае двух последних вариантов границы города Сухуми существенно расширяются. Точнее, создаются два отдельных города: по обе стороны от пограничной реки Келасури (В) или от пограничной реки Кодори (С). Такое расширение Сухуми нельзя считать искусственным. Территория между Келасури и Кодори (поселок Гульрипш и аэропорт Дранда) и ранее фактически входила в состав Сухуми. Также и территория между Кодори и городом Очамчиры в 1980-х считалась перспективным районом курортного строительства, удачно привязанным к тому же Сухумскому аэропорту Дранда. Протяженность каждого из городов в 12-14 км (В) или в 25-27 км (С) не является исключительной для приморского города.

Сравнения Сухума-Сухуми с Берлином в период раздела города уместны не более, чем сравнения с городом Валка-Валга, разделенным между Латвией и Эстонией или Тешин-Цешин на чешско-польской границе.

И при варианте В, и при варианте С принципиально важны отказ грузин от постоянного места жительства в Старом Сухуми и согласие абхазов и другого населения, относящего себя к абхазской общине, на переселение из Очамчиры и Ткварчели (Ткуарчала). Ради спасения Апсны или Абхазети. Кого именно, не знает никто.

Взаимозачет переселенцев и отказ от имущественных претензий за пределами своей республики. Допустимость двойного гражданства граждан Конфедерации. Двухпалатный парламент, Президентский Совет (президент и вице-президент с равными полномочиями), Коллегия иностранных дел и Коллегия интеграции и развития. Два государственных языка – абхазский и грузинский – и еще два рабочих – русский и английский. Комплекс Секретариата правительственных органов Конфедерации в компактной зоне на границе регионов. Референдум 2017 или 2042 года (в 25- или 50-летие конфликта) о дальнейшей судьбе Конфедерации.

Соседние государства могут воспринимать Абхазскую Конфедерацию как свое буферное образование и бороться за экономическое и политическое преобладание в ней. Важно то, что оба региона (республики) Абхазской Конфедерации и правительство Абхазской Конфедерации, абхазы и грузины, с благодарностью принимая помощь, будут все больше заниматься политикой: обсуждать присоединение Абхазской Конфедерации к Киотскому протоколу или расчеты по содержанию единого участка Абхазской железной дороги.

Ежедневный аналитический журнал GlobalRus.ru ©2020.
При перепечатке и цитировании ссылка обязательна.