GlobalRus.ru
Раздел: Суждения
Имя документа: В России начинается год Китая
Автор: Игорь Рогачев
Дата: 22.01.2007
Адрес страницы: http://www.globalrus.ru/opinions/783479/
В России начинается год Китая

Лекция, прочитанная в "Государственном Клубе"

Лекция члена Комитета по международным делам Совета Федерации, в прошлом в течение многих лет Чрезвычайного и полномочного посла РФ в Китае Игоря Рогачева была прочитана в МГУ 12 декабря 2006 года в рамках цикла лекций, организованного Фондом подготовки кадрового резерва «Государственный клуб».

С Китаем в моей жизни связано очень многое. В общей сложности я в Китае был пять раз и жил там, работал 27 с половиной лет. Впервые приехал я в КНР где-то в середине прошлого века. Мой отец тоже был китаеведом, дипломатом, потом преподавал китайский язык и китайскую литературу в МГУ. С Московским университетом меня тоже очень многое связывает. Я закончил МГИМО, но параллельно, одновременно учился и на факультете журналистики МГУ. 

В качестве посла я проработал не очень много, всего 13 с лишним лет. В прошлом году я вернулся из Пекина, но за год после возвращения побывал в Пекине десять раз. На прошлой неделе вернулся из последней командировки: был председателем жюри конкурса журналистов, которые пишут о России. 2006 год, как вы знаете, в наших двусторонних отношениях особенный – это год России в Китае. А через две недели начнется 2007 год – теперь уже год Китая в России. Таково было решение наших высших руководителей – президента РФ Владимира Путина и председателя КНР Ху Цзинтао. На конкурс, кстати сказать, было подано более тысячи работ китайских журналистов. Многие из них освещали уникальный автопробег по городам России, организованный для китайских журналистов. На рассмотрение жюри было отобрано около 60 работ. Жюри, состоявшее из пяти россиян и пяти представителей Китая, выбрало девять самых-самых интересных, разноплановых, содержательных публикаций, авторы которых получили премии. Самая большая награда – поездка в Россию.

Так что мы с вами собрались в очень интересный момент – завершение года России в Китае.

В настоящее время отношения между Россией и Китаем находятся на самом высоком уровне за всю их историю. Путин и Ху Цзинтао встречались летом этого года в Санкт-Петербурге и дали очень высокую оценку проекту национальных годов. Прецедента такого в истории взаимоотношений наших двух стран не было. Мы не только выполнили, но и перевыполнили программу. Она включала, если не ошибаюсь, 268 мероприятий, а общая численность превысила триста. Причем, охватывала эта программа все сферы наших отношений: контакты на высшем уровне, торговое и гуманитарное сотрудничество, региональные связи. И в целом дан очень мощный импульс развитию всего комплекса двусторонних отношений.

Напомню, что начался год России в Китае с важного политического события – в канун Нового года главы государств обменялись посланиями. Был установлен своеобразный рекорд: Путин и Ху Цзинтао встречались шесть раз – такого никогда не было. Последняя их встреча состоялась в ноябре во Вьетнаме. А в Китае с визитами побывали практически все высшие руководители России. Всего же по данным на октябрь Китай посетили с начала года примерно четыреста официальных российских делегаций, из них 120 – на уровне заместителя министра и выше.

Что касается экономической части года, то в марте состоялся российско-китайский экономический форум деловых кругов. Там собрались руководители многих крупнейших российских и китайских компаний, присутствовали президент Владимир Путин и председатель Ху Цзинтао. И этот форум задал тон всей деловой программе года России в  Китае. К примеру, в июне состоялась традиционная Харбинская ярмарка. Там были дни России, в течение которых были подписаны 32 протокола о намерениях между российскими и китайскими компаниями на общую сумму  2 млрд 480 млн долларов. Так что можно констатировать: деловые связи, контакты наших стран очень расширились и укрепились.

Очень насыщенной оказалась культурная составляющая года. Ее стержнем стал фестиваль российской культуры в Китае. Культурные мероприятия сопровождали все важные политические события, что усиливало их эффект. На целом ряде этих мероприятий присутствовали самые высшие руководители Китая.

Вернусь к форуму торгово-промышленных кругов. За ним последовала в ноябре национальная выставка России в Пекине. Выставки таких масштабов не было с 1985 года. Ее открыли председатель нашего правительства Михаил Фрадков и премьер Госсовета Китая Вэнь Цзябао. Затем состоялась неделя стимулирования взаимного инвестирования. За последние два года у нас открылось новое поле для взаимодействия – взаимные инвестиции. Вы, наверное, слышали такую цифру: 12 млрд долларов обещает Китай инвестировать в нашу экономику к 2020 году. Во время этой недели стимулирования стороны подписали контракты на сумму более 1 млрд долларов.

А девять месяцев этого года объем двусторонней торговли составил почти 25 млрд долларов. Уже можно говорить о том, что к концу года мы превысим отметку в 30 млрд долларов. Говорят, даже 35-36 млрд будет – посмотрим.

Наши российские регионы провели презентацию в Китае более двадцати своих региональных проектов. Более тысячи россиян участвовали в Даляньской и Харбинской ярмарках. В Китае все это вызвало как бы бум регионального общения. Несколько лет назад во взаимных контактах участвовали в основном приграничные провинции Китая и приграничные области и края России. А сейчас активно участвуют в этом южные и центральные провинции Китая и наши области и края, расположенные в Европейской части России.

Китайское телевидение демонстрировало все наши мероприятия, выставки, выступления художественных коллективов. И мы можем считать, что их участниками стали десятки миллионов телезрителей Китая. Особый наплыв посетителей вызвали выставки картин Третьяковской галереи, сокровищ московского Кремля. 

Уровень информационного сопровождения задали руководители России. В марте Владимир Путин дал интервью китайским СМИ, которое было широко растиражировано. Интервью давали и наш вице-премьер Дмитрий Медведев, министр иностранных дел Сергей Лавров. В Пекине в начале года открылся Российский информационный центр – раньше не было. В его рамках проведены сотни пресс-конференций, 15 телемостов,  участникам которых стали более 1200 российских, китайских и иностранных журналистов. По самым приблизительным подсчетам, в мероприятиях нашего национального года в Китае непосредственное участие приняли около полумиллиона человек. А число тех, кто регулярно знакомился с ходом года России в Китае через средства массовой информации, исчисляется сотнями миллионов. Десятки тысяч россиян посетили Китай для участия в мероприятиях, еще больше готовили их здесь, дома. В общем, год России в Китае – самый массовый проект, который вовлек в свою орбиту широкие слои китайской и российской общественности.

А для нас было очень важным вовлечь в эти мероприятия молодое поколение. Ему предстоит продолжить развитие российско-китайских отношений. Когда я был послом, меня очень беспокоило, что молодежь наша еще мало знает друг о друге. И вот сейчас этот недостаток преодолевается, особенно благодаря году России в Китае, и я думаю, так же произойдет в 2007 году. Были организованы несколько лагерей отдыха для молодежи, проведены фестивали детского и студенческого творчества, большой форум молодежи, сбор курсантов мореходных училищ и так далее. Были проведены первые юношеские спортивные игры Россия – Китай.

Очень важно, что в этот процесс были вовлечены и южные провинции Китая – Гуандун, Фуцзянь. В самой населенной провинции Сычуань, в Синьцзян-Уйгурском автономном районе также состоялись подобные мероприятия. Сейчас около 60 субъектов Российской Федерации имеют побратимские связи с китайскими провинциями и городами.

Большой популярностью в Китае пользуется русская литература. В дни 200-летия Александра Сергеевича Пушкина в Китае вышло десять (!) различных изданий полного собрания сочинений нашего поэта на русском и китайском языках, исполнялись все музыкальные произведения на слова Пушкина, от романсов до опер.

Короче: году России сопутствовал, конечно, успех. Посол Китайской Народной Республики в Москве Лю Гучан, мой старый друг, подчеркнул четыре главных достижения этого года: усилилось взаимное политическое доверие, укрепилась социальная основа китайско-российских отношений, создана платформа делового сотрудничества, мирная идеология дружбы, которая передается из поколения в поколение, уже проникла в сердца двух народов. Я абсолютно с этим согласен, хотя у нас с Китаем, конечно, есть различия в исторических традициях, в идеологических воззрениях, в социальном строе. Мы демонстрируем взаимное уважение, относимся друг к другу как равноправные партнеры, решаем существующие проблемы на принципах взаимного понимания и взаимных уступок, учитываем озабоченности другой стороны. В общем, мы демонстрируем положительный пример отношений мирного сосуществования, взаимной выгоды и общего процветания.

Мне было очень приятно наблюдать за сдвигами в обогащении взаимным опытом по линии здравоохранения. Мы очень отставали от других стран в том, что касается опыта изучения традиционной китайской медицины. Эта медицина, насчитывающая четыре-пять тысяч лет, не признает никакой химии, пользуется только природными препаратами, отдает приоритет профилактике заболеваний. В будущем году в Москву приедет большая выставка традиционной китайской медицины, состоится форум медиков двух стран.

Премьер-министр Михаил Фрадков провел переговоры с премьером Госсовета Китая  Вэнь Цзябао, по результатам которых подписано 17 документов.

Очень интересен опыт нашего сотрудничества в политической области. У нас функционируют на постоянной основе две комиссии – комиссия по подготовке регулярных встреч премьеров и комиссия по гуманитарному сотрудничеству. В комиссии по гуманитарному сотрудничеству десять подкомиссий. Недавно открылись две новые крупные подкомиссии – по охране окружающей среды и по гражданской авиации. И я сейчас точно не помню количество рабочих групп, мне китайские друзья говорили, что между 40 и 50. Каждый год все группы проводят свои заседания, обсуждают актуальные вопросы, выносят на рассмотрение руководства. И это не какая-то бюрократическая надстройка. Когда я был послом, ко мне часто приходили послы западноевропейских стран, Соединенных Штатов и просили поделиться опытом – как нам удалось создать такой полезный механизм.

Теперь относительно будущего года Китая в России. Совсем недавно в Москве состоялось заседание российского организационного комитета. Возглавляет его первый вице-премьер Дмитрий Медведев. Я тоже являюсь членом этого комитета. Состоялась оживленная дискуссия, распределение обязанностей между несколькими десятками различных ведомств и организаций. Очень много говорилось о том, чтобы учесть опыт наших китайских друзей. То, как они помогали проведению каждого мероприятия, конечно,  заслуживает изучения и заимствования. А у нас этих мероприятий запланировано 286. Мы постараемся, чтобы год Китая в России прошел с неменьшим успехом.

В ознаменование начала года Китая главы государств в новогодний праздник, совсем уже скоро, обменяются поздравительными телеграммами. Председатель Ху Цзинтао планирует посетить нашу страну с визитом и принять участие в торжественной церемонии открытия года Китая у нас в России. Затем последовательно будут проведены десять мероприятий государственного уровня, в числе которых – национальная выставка Китая, дни культуры Китая, выставка китайской литературы и русской литературы о Китае, китайско-российская конференция законодательных органов на высшем уровне, II китайско-российский форум торгово-промышленных кругов, встреча по стимулированию инвестирования. Нам хорошо известно, что руководители КНР придают проведению года Китая исключительно большое значение, стремятся показать как возможности стремительного развития страны, так и ценности традиционной культуры. Как и в 2006 году, все мероприятия будут скоординированы, действуют восемь рабочих групп. 

Ответы на вопросы

Вопрос: Вы много хорошего сказали о Китае, но не коснулись проблем. Я слышал, что Российская Федерация собирается передать Китаю в аренду на 49 лет около миллиона гектаров уральского леса. Каково ваше отношение к этому? Не угрожает ли это территориальной целостности России?

И.Р.: Вопрос о территориальной целостности вообще не возникает. Территориальные проблемы, которые существовали между нашими странами в течение нескольких сот лет, окончательно решены, навсегда решены. Загляните в договор о мире, дружбе и сотрудничестве от 16 июля 2001 года. Ни одна из сторон не выдвигает территориальных претензий к другой стороне.

Второе. Давайте вспомним: лесные массивы – это наша гордость, наше богатство. А кто сможет их осваивать? Поэтому, в соответствии с только что принятым Лесным кодексом, все будет под жесточайшим контролем государства, федерального правительства и местных властей. Не будет ничего такого, что было раньше, когда вывозили кругляк за копейки, а на китайской стороне отличные деревообрабатывающие заводы производили прекраснейшую мебель на все вкусы и продавали в десятки раз дороже. Сейчас мы договорились с китайскими друзьями, что мы будем на территории России создавать совместные предприятия по заготовке леса, которые станут выпускать то же, что производится на всех деревообрабатывающих заводах мира. Разумеется, прибыль будем делить пополам. Поэтому я совершенно спокоен на этот счет.

Если вспомнить конец прошлого века, 80-90-е годы, то у нас на лесоразработках работали, в основном, корейцы, десятки тысяч. Пора кончать с хаосом в этой области, переходить на жесткие юридические правила освоения наших лесных ресурсов. 

Вопрос: Возможно ли предложить свой проект культурного года Китая в России?

И.Р.: В течение 13 лет я был озабочен тем, чтобы открыть в Пекине центр российской культуры. Почему такая озабоченность, откуда она? В 50-х, 60-х годах, в конце 50-х годов особенно в Пекине был, по-моему, единственный культурный центр – советской культуры. Сейчас там есть центры американской культуры, германской культуры, японской культуры, английской, французской, корейской, арабской – и не было центра России. Сколько мне пришлось испытать трудностей, пройти переговоров… Главная проблема была финансовая. Наконец-то мы сейчас подписали соглашение с китайскими друзьями, и я надеюсь, что в будущем году у нас в Москве откроется центр китайской культуры, а в Пекине – российский культурный центр. Я бы это поставил во главу всего нашего культурного сотрудничества.

Вообще хочу сказать, что среди простых китайцев сохраняется большой интерес к нашему искусству, музыке, литературе. К сожалению, численность изучающих русский язык резко упала по сравнению с тем, что было в 50-60-х годах. Но в течение последних двух лет интерес к изучению русского языка опять возрос, увеличивается число заявок на обучение  в наших российских вузах со стороны китайской молодежи. Это очень отрадное явление.

Вопрос: Каковы перспективы российско-китайских внешнеэкономических связей? Решается ли проблема нелегальной торговли?

И.Р.: Высшее руководство в Москве и Пекине поставили цель: к 2010 году довести объем нашего товарооборота до 60-80 млрд долларов. Если мы перепрыгнем рубеж 30 млрд (а я совершенно уверен, что так и произойдет), то это очень реальная, достижимая цель. Ну конечно, придется приложить большие усилия. Нам не хватает пограничных переходов,  мостов через Амур… Сейчас целый ряд соответствующих ведомств, министерств получили задание и разрабатывают программу. А мой друг посол Лю Гучан говорит, что и это не предел, что будет 100 миллиардов у нас!

Что касается вот той проблемы, что вы упомянули, мы ее вежливо называем «неорганизованная торговля». «Серая» растаможка и тому подобное. Сейчас это тоже все вводится в жесткие рамки законодательства. Многое будет зависеть от того, как себя поведут администрации на местах. Потому что существует коррупция, и есть еще, над чем поработать.

Вопрос: Что вы можете сказать о положении женщины в Китае?

И.Р.: У меня помощница Ольга Валерьевна написала диссертацию на эту тему. В принципе, процесс демократизации в Китае набирает силу. С каждым годом Всекитайское собрание народных представителей и собрания представителей на уровне провинций принимают все новые и новые постановления, законы, где рассматриваются права женщин, права детей, и вопросам социального положения в стране высшее руководство придает очень большое значение. Причем, на мой взгляд, нынешнее поколение китайских руководителей отличается исключительно прагматическим подходом ко всем проблемам. Они их не скрывают, говорят о них на всех пленумах, съездах и так далее. Большое внимание уделяется преодолению разрыва в уровне жизни между жителями центрального Китая и восточных, прибрежных провинций, где люди живут уже на уровне среднеевропейских стандартов. Этот лозунг выдвинул еще Дэн Сяопин. Пока что дистанция увеличивается, хотя и там и там условия жизни улучшаются. В том числе, разумеется, и для женщин.

Вопрос: Возможно ли присоединение Китая к Киотскому протоколу?

И.Р.: Я верю, что рано или поздно Китай присоединится к Киотскому протоколу. Переговоры по этому вопросу продолжаются – на уровне ООН, на уровне международных конференций. Несколько стран отказываются это делать, в том числе и Соединенные Штаты. Вместе с тем хочу добавить, что проблемам экологии китайское правительство придает очень большое значение. Такого раньше никогда не было. Поедете в Китай – посмотрите. Раньше крупные города, как Пекин, Шанхай, Далянь, были завалены мусором. А сейчас происходит очистка городов и селений, ведется контроль за состоянием атмосферы, чистотой воды. Почему? Потому что в августе 2008 года в Китае пройдут Олимпийские игры. А там – ой сколько требований! Я помню, к 2000 году наши китайские партнеры тоже выдвигали кандидатуру Пекина, чтобы провести там Олимпийские игры. Приезжало несколько комиссий из Международного олимпийского комитета, и они пришли в ужас от увиденного. Пекин входил в десятку самых грязных городов. Все это было напрямик высказано китайскому руководству, и сейчас экологическая проблема – одна из центральных. В Пекине новых зданий видимо-невидимо. 20, 30, 40 этажей. Десять-пятнадцать лет назад из каждого окна торчала труба: газа не было, в каждой квартире стояла печка, которую топили низкокачественным углем. Дымил он страшно. Над Пекином смог собирался. Так что можете представить разницу.

Вопрос: Известна крупная авария в 2005 году, в результате которой были загрязнены воды рек Уссури и Амур. Были ли сделаны какие-то компенсации, и как этот вопрос сейчас решается?

И.Р.: Правильный вопрос. Но для начала хочу сказать: создана российско-китайская подкомиссия по природоохранным вопросам. Такого никогда не было. В связи с этой аварией мы обратились в соответствующие китайские ведомства с предостережением, что мы надеемся на самые срочные меры. Нам были принесены извинения, сожаления, эксперты с обеих сторон очень внимательно рассмотрели то, что имело место. Большие отряды рабочих, инженеров, техников срочно установили преграды, чтобы не допустить разрастания масштабов загрязнения, уберечь Хабаровск. И как итог – нет такой угрозы загрязнения Амура, как об этом писали СМИ. Сейчас, насколько я знаю, в связи с повышенным вниманием к экологическим проблемам целый ряд химических предприятий в Китае закрывается или переводится в другие места, подальше от рек Сунгари и Уссури. И этот вопрос, кстати, рассматривается и по линии Шанхайской организации сотрудничества, потому что есть еще река Или, которая разделяет Синьцзян-Уйгурский автономный район и Казахстан, а потом идет к нам в Иртыш. Там тоже такие проблемы существуют, хотя и в другом аспекте: воды не хватает, поскольку китайские товарищи используют ее в большом количестве на своей территории.

Вопрос: В какие отрасли российской промышленности пойдут инвестиции Китая? Каковы перспективы нашего аэрокосмического сотрудничества?

И.Р.: Если мы рассмотрим структуру нашей торговли, то обнаружим большую проблему. Торговля по масштабам своим возрастает (в 90-х годах было 7 млрд, сейчас свыше 30 млрд, впереди 60-80 млрд долларов), но пропорции, баланс изменились коренным образом. Я хорошо помню те времена, когда машинно-техническая продукция, которая поставлялось из Союза в Китай, составляла 47 процентов. А знаете, сколько сейчас? Меньше двух процентов. Зато с той стороны, китайской, процент высокотехнологичной машинно-технической продукции возрастает с каждым годом. Мы об этом говорили откровенно, на всех наших переговорах, встретили понимание. Позиция была у Китая такая: «Где ваши высокие технологии? Где ваша новая продукция?  Давайте, мы будем ее покупать». И это, конечно, проблема нашей собственной экономики.

Произошло оживление нашего сотрудничества в изучении космоса. Был перерыв, значительный перерыв, вызванный охлаждением наших отношений чуть ли не на 30 лет. Сейчас мы имеем возобновление контактов между нашими специалистами, учеными, исследователями космоса. Есть даже совместный российско-китайский проект изучения Луны, и еще целый ряд проектов был утвержден в ноябре во время визита нашего премьера Михаила Фрадкова в Пекин. У этой области хорошие перспективы.    

Вопрос: Нет ли опасности того, что Китай, будучи монопольным получателем нашей нефти, будет диктовать России цены?

И.Р.: Никогда Китай не будет монопольным распорядителем этой нефти. У нас утверждена стратегическая схема развития энергоресурсов в Сибири и на Дальнем Востоке. Речь идет о строительстве трубы Восточная Сибирь – Тихий океан с ответвлением на Китай. Сейчас соответствующие компании – российские и китайские – ведут технические переговоры. В будущем году строительство ответвления начнется. Причем, сначала мы построим ответвление на Китай, на юг, а потом продолжение на восток. Почему? Да потому что мы заинтересованы в поставках нефти не только в Китай, но и в страны Юго-Восточной Азии, а дальше в перевозках по океану. Это грандиозный проект.  

Вопрос: Каковы, на ваш взгляд, перспективы развития тайваньско-китайских отношений?

И.Р.: Тайваньская проблема существует. Мы с самого начала образования КНР в 1949 году заявили, что рассматриваем Тайвань как неотъемлемую часть Китая. Это наша неизменная позиция. Что касается восприятия этой проблемы в Пекине, то там есть интересное движение. Если раньше ставка делалась на военную силу, то сейчас китайские руководители делают акцент на развитие экономических взаимоотношений с Тайбеем. В одном Шанхае сейчас проживает более 400 тысяч бизнесменов с Тайваня, которые активно работают, вносят большой вклад в развитие экономики приморских провинций Китая. Они обладают большой свободой передвижения, им устраивают чартерные авиарейсы на родину… В общей сложности инвестиции Тайваня в экономику континентального Китая превысили 100 млрд долларов. Я вот когда был в Урумчи, столице Синьцзян-Уйгурского автономного района, меня поразило количество высотных зданий, учебных заведений, промышленных предприятий, банков, отелей. Спрашиваю у местных руководителей: когда же вы это успели, на какие средства? Они отвечают: это в основном тайваньские инвестиции. Инвестиции с Тайваня в совершенно противоположный край Китая! И тайваньские бизнесмены не поддерживают воинственный курс собственного правительства.

Другое направление, которое взято Пекином, – восстановление контактов с основными политическими партиями Тайваня. За последний год столько приезжало в Китай делегаций с Тайваня, столько было интересных встреч (ведь многие семьи остались разделенными), объятий, воспоминаний – и эта же волна продолжается сейчас в тайваньской общественности. Она устанавливает связи с континентом. Я считаю, что это правильный, очень хороший курс. Если память не изменяет, за прошлый год Китай посетило более миллиона тайваньских соотечественников.

А кто заинтересован в том, чтобы Тайвань оставался отделенным? Соединенные Штаты Америки. Для них это такой козырь, такой рычаг… И вот мы узнаем, что тайваньское руководство подписало с США соглашение о новых поставках вооружений. Во имя чего это делается? Во имя того, чтобы Тайвань оставался там, где он сейчас есть.   

Вопрос: Определите, пожалуйста, отношения в треугольнике Россия – Китай – Индия и их перспективы.

И.Р.: В 1921 или 1922 году Ленин сделал заявление, которое стоит вспомнить сегодня. Судьбы мира, сказал он, в конечном счете будут зависеть от того, смогут ли Россия, Китай и Индия объединиться. Берем другой год – 1998. Евгений Примаков приезжает в Дели, сходит по трапу самолета, к нему подбегает толпа журналистов. Спрашивают о целях визита, о задачах и т.п. Он отвечает: «Я за то, чтобы Россия, Индия и Китай объединились, и тогда у нас не будет никаких противников, будем решать любые проблемы в мировом масштабе». Тогда в Пекине восприняли это заявление сдержанно. Но последние несколько лет, я считаю, китайские друзья занимают правильную позицию. Они за то, чтобы массу спорных проблем между Китаем и Индией решать как можно скорее. Недавно председатель Ху Цзинтао посетил Индию – это первый визит высшего руководителя Китая после длительного перерыва. Последние два-три года мы начали в этом треугольнике (Россия – Китай – Индия) консультации сначала по второй дорожке – ученых, политологов, а теперь и министры иностранных дел встречаются, договариваются, и весь мир пристально следит за нашим взаимодействием.

Одновременно американцы усилили внимание к Дели, Буш спохватился. Ну, посмотрим.

Вопрос: Вы упомянули о разрыве в развитии западных и восточных провинций Китая. Каковы перспективы развития западных провинций, есть ли они?

И.Р.: Есть. Я уже говорил, что там они не просто застыли в том положении, в котором были 10-15 лет назад. Жизнь везде улучшается. Но – не такими темпами, как в восточных провинциях. Почему? Да потому что на востоке более тысячи (!) специальных экономических зон. Туда приезжало около ста делегаций из России для изучения опыта спецэкономзон. Уезжали – и как в песок все уходило. И только сейчас спохватились. Как вы знаете, у нас и закон принят о специальных экономических зонах, и опыт стали очень тщательно отслеживать, который накопили наши китайские друзья.

У западных провинций, я думаю, перспектива тоже есть, и было бы очень хорошо, если бы мы подумали, как можно состыковать программу развития Дальнего востока с программой промышленного возрождения северо-восточного Китая и подъема экономики западных регионов КНР. Собственно, это идея, которую я продавливаю, и надеюсь, что вы мне поможете.

Вопрос: Как торгово-экономические отношения США и КНР могут отразиться на российско-китайских отношениях?

И.Р.: Там объем торговли превысил 100 млрд долларов. То же самое с Японией. Но зато политические отношения – это сплошные проблемы, проблемы, проблемы. Причем, создаются они, в основном, с американской стороны. Сенат, конгресс принимают одно решение за другим, направленные против существующего в Китае строя, против политики Китая, особенно в области прав человека. Но тем не менее, обе стороны заинтересованы в развитии торговли. А у нас разрыв наоборот – между уровнем стратегического партнерства и уровнем торгово-экономических отношений.

Вопрос: А почему перелет из Москвы в Пекин дешевле через Хельсинки?

И.Р.: Не могу сказать, не летал через Хельсинки. Хорошо, что вы мне подсказали. Вообще, конечно, я согласен, что билеты на авиаперевозки очень дорогие.

Вопрос: Что вы можете сказать о положении Гонконга, о его инвестиционном климате?

И.Р.: Когда шла борьба за возвращение Гонконга, у западных политических кругов было убеждение: если Гонконг вернется, то все – Гонконгу конец. Отток капитала, бегство крупных финансистов, банков, ничего там не останется. Так вот: каждый год из Великобритании приезжают делегации в бывшую английскую колонию и поражаются – все осталось на своих местах. Гонконг остается процветающей частью Китая со своими порядками, привилегиями от центрального правительства. То же самое можно сказать и про Макао. Другое дело, что в Гонконге существует целый ряд общественных организаций, которые время от времени устраивают демонстрации, привлекают внимание к правам человека, но это вопросы, которые решаются на местном уровне. Гонконг по-прежнему один из сильных аргументов в руках китайского правительства, мощная составляющая китайской экономики. 

Вопрос: Сейчас нашу российскую молодежь часто упрекают в аполитичности, в отсутствии интереса к жизни общества. А что вы можете сказать о китайской молодежи?

И.Р.: Конечно, много общего в судьбе российской молодежи и китайской молодежи. Что мне больше всего импонировало, когда я наблюдал за китайской молодежью в последние годы, это повсеместное массовое увлечение спортом и физкультурой. Кто завоевывал первые места на международных соревнованиях 15-20 лет назад? Американцы, русские, немцы и так далее. А сейчас посмотрите – китайцы и китаянки. Не так давно в Китае не было никаких катков, сейчас везде построены катки, стадионы, дворцы спорта. В шесть часов утра смотришь из окна отеля вниз – везде занимаются гимнастикой, от детей до людей престарелых. Приезжайте в августе 2008 года на Олимпийские игры в Пекин, увидите: большинство золотых медалей будет в руках китайской молодежи. Мне так кажется.

В 50-60-е годы у нас училось до десяти тысяч китайских студентов, и они были на первых местах по успеваемости, по настойчивости, по аккуратности. Из них вышли прекрасные специалисты. И даже сейчас во многих провинциях, в ведомствах я встречаю старых знакомых, которые когда-то учились в наших вузах, помнят наш язык и своих друзей в России. Сейчас мы наблюдаем начало нового подъема: поток студентов из Китая начал увеличиваться. 

Вопрос: В чем, по-вашему, смысл жизни?

И.Р.: В вашем случае смысл жизни – вы ведь кадры наши, наши кадры. Я очень надеюсь, что в эти годы мы с вами станем свидетелями, когда эстафета дружбы, сотрудничества, добрососедства между нашими странами будет передаваться от одного поколения к другому. Сейчас у власти в Китае находится, как там говорят, «четвертое поколение».  Кто придет, кто будет пятым поколением? Вот, наверное, вы (обращаясь к китайским студентам) будете пятым поколением. Я надеюсь, что мы останемся такими же стратегическими партнерами. В этом смысл жизни и ваш, и мой тоже.

Ежедневный аналитический журнал GlobalRus.ru ©2020.
При перепечатке и цитировании ссылка обязательна.