GlobalRus.ru
Раздел: Комментарии
Имя документа: Уроки польского
Автор: Станислав Кувалдин
Дата: 05.04.2004
Адрес страницы: http://www.globalrus.ru/comments/137174/
Уроки польского

К чему приводит конструктивный диалог власти и оппозиции

Ровно 15 лет назад, 5 апреля 1989 года в Польше завершил свою работу «Круглый Стол», в ходе переговоров которого польские коммунистические власти и представители антикоммунистической оппозиции выработали всесторонний общественный компромисс по дальнейшему развитию страны и проведению политических и экономических изменений. Его итогом по сути дела стало оттеснение коммунистов от власти в стране и превращение Польской народной республики в нынешнюю Республику Польша, а если пользоваться официальной польской политической терминологией – Третью Речь Посполитую (первой считается та, что закончила свое существование в ходе разделов, второй – Польша 1918 –1939 годов). 

При этом никакой исключительной необходимости договариваться с оппозицией у коммунистических властей Польши на тот момент не было. Кризис 1980-81 гг. остался уже позади. Некогда грозная «Солидарность» существовала в виде нескольких мало связанных между собой нелегальных группировок, ее влияние на положение в стране было минимальным. После того как власть в конце 1981 года ввела военное положение, польское общество в целом пришло к выводу, что никаких волшебных перемен, которые связывались с «Солидарностью», не будет, а коммунистическая власть – реалия, с которой следует считаться, и строить свои планы, исходя из ее существования.  Вплоть до середины 1980-х годов социологические опросы фиксировали неизменное снижение доверия поляков к оппозиции при одновременном росте доверия к ПОРП.  Положение в польской экономике по сравнению со временами кризиса к середине 1980-х также улучшилось.

На повестке дня стоял, собственно говоря, лишь один вопрос: как превратить достигнутую стабилизацию в базу для уверенного развития. Здесь все естественным образом упиралось в социалистическую экономику, а точнее, в необходимость ее реформирования. Эту необходимость польские власти во главе с Войцехом Ярузельским понимали достаточно отчетливо. Не менее очевидным было и то, что провести  любую серьезную реформу безболезненно для населения не удастся. А потому властям необходимо было обеспечить убедительную поддержку намеченным преобразованиям  - возможных проявлений общественного недовольства после событий 1980-81 годов власти боялись как огня.

Сначала создать общественную базу для проведения реформ предполагалось через  референдум, намеченный на осень 1987 года. Населению предлагалось высказаться за поддержку непопулярных экономических мер. Имея подобный «козырь», власть могла спокойно приступать к реализации своих планов, не принимая в расчет отдельные проявления недовольства, а тем более - оппозиционные группировки. Однако планам не суждено было сбыться.

Согласно закону о референдуме (незадолго перед этим принятому сеймом), его результаты считались положительными в случае, если на вопросы ответило “да” более 50% от имеющих право голоса. Т.е. власти проводили опрос, сознательно завышая требуемое доверие, - мировая практика проведения референдумов почти всегда требует большинства от принявших участие в голосовании. В итоге 29 ноября 1987 г. большинство из принявших участия в голосовании поддержали власти, однако для нужного результата – половины от имеющих право голоса – не хватило нескольких процентов. То есть, сложилась патовая ситуация: перед польским руководством вставали две перспективы – либо отказываться от реформ, либо искать новые способы обеспечения стабильности в ходе их проведения.

Поскольку необходимость реформ была для властей уже очевидной, логика начала подсказывать, что возможным резервом может стать именно оппозиция – то есть альтернативная общественная сила, которую следует привлечь на свою сторону, и тем самым устранить важный фактор, способный дестабилизировать обстановку в будущем.  Поняла эта и оппозиция – точнее, наиболее ответственная и склонная к компромиссам ее часть, группировавшаяся вокруг Леха Валенсы и понимавшая, что приобрести прежний вес и значение в польском обществе без получения права на легальную деятельность в обозримой перспективе будет невозможно.

Так было обрисовано поле для компромисса. Однако прежде чем власть и оппозиция сели за стол переговоров, прошло около года. За это время оппозиция и власть приглядывались друг к другу, определяли свои реальные силы и вырабатывали взаимные требования. Потом начались различные закрытые консультации при посредничестве католической церкви. В конечном итоге данные консультации приняли характер достаточно широких переговоров, проходивших в закрытом режиме на вилле МВД в поселке Магдаленка под Варшавой. Имя Магдаленка в Польше стало нарицательным – по мнению многих, настоящий «компромисс» был достигнут именно там, причем на крайне материальной основе – «элиты» оппозиции и коммунистов просто договорились о разделе власти и участии коммунистической номенклатуры в будущей приватизации собственности. Степень участия политиков, связанных с ПОРП, в современной польской политике крайне велика (к ним относятся и нынешний президент и нынешний премьер Польши), так же, как велика и доля прежних работников номенклатуры среди собственников польских предприятий. Дает ли это основания говорить о "сговоре элит" - каждый может решать сам, документы на этот счет, разумеется, отсутствуют. Но стоит учитывать, что в ходе переговоров обе "элиты" не "пилили бабло", а представляли силы с ясными политическими платформами - каждая из них четко осознавала, какого результата она желает добиться и где лежит предел уступкам. Поэтому предварительные переговоры были важны именно для выработки общего политического знаменателя. В итоге к «Круглому столу» и власти и оппозиция подошли со многими принципиально решенными вопросами. А потому работа его оказалась весьма продуктивной, а результаты вроде бы абсолютно устраивали коммунистическую власть:

  1. «Солидарность» признается в качестве независимого профсоюза – при этом разрешалась немедленная регистрация ее руководящей структуры (до этого закон требовал предварительного оформления первичных ячеек и региональных объединений).
  2. Оппозиция принимала участие в выборах, однако 65% мест в Сейме резервировалось за ПОРП и союзными ей Объединенной крестьянской и демократическими партиями. Полностью свободные выборы проводились во вновь учрежденную высшую палату парламента – Сенат.
  3. В Польше вводился пост президента, который очевидно удерживался за коммунистами.
  4. Оппозиция обязывалась не призывать к забастовкам и поддерживать правительственный курс на реформы.
  5. Подобный порядок вещей принимался в качестве компромисса на 4 года, после чего должны были последовать полностью свободные выборы в парламент.

Как видно, все ключевые рычаги управления оставались в руках коммунистов, имевших к тому же вместе с союзническими партиями гарантированное парламентское большинство. Оставалось лишь одно – провести парламентские выборы и, наконец, зажить по-новому. И именно тут, практически на подходе к гавани, разразилась катастрофа. Привыкшие к прежним фактически безальтернативным выборам власти оказались просто не способны вести избирательную кампанию. Оппозиция завоевала 160 из 161 одного места в Сейме, по которым проводились свободные выборы. Из 100 мест Сената оппозиция завоевала 99. При этом сотое место занял независимый кандидат. Таким образом, властям не досталось ни оного места в верхней палате. Для коммунистов это был шок, от которого они так и не смогли оправиться.

Власть продемонстрировала неспособность противостоять тем вызовам, которые создала сама и от которых считала себя полностью застрахованной. В итоге прежде союзные ПОРП партии немедленно переметнулись к оппозиции, а сама ПОРП впала в ступор, из которого так и не вышла. Хотя Ярузельского, следуя прежним обязательствам, все же выбрали в президенты, премьером был назначен представитель оппозиции Тадеуш Мазовецкий, и власть фактически перешла совсем в другие руки.   

Проведение и судьба «Круглого стола» в Польше – сейчас предмет для анализа историков. Однако его опыт неплохо бы учитывать и в современной политике. Власть может вполне эффективно задвигать вменяемую оппозицию, однако лишь до той поры, пока не появляется необходимость решать реальные сложные проблемы, стоящие перед страной. Тогда приходится признавать, что оппозиция все же представляет определенные общественные силы, и стараться заручиться ее поддержкой. Загнанная прежде в угол оппозиция, выпущенная с политических задворков в сферу реальной политики, начинает восприниматься как свежая, не связанная с надоевшим режимом сила. И тогда проведение по-настоящему честных и открытых выборов дает ей настолько очевидное преимущество, что иногда оно способно поставить на прежней власти крест. Поэтому главный стратегический выбор делается властью именно на этапе: давить или не давить не вписывающиеся в политическую логику режима силы. Впрочем, вопрос этот реально возникает только тогда, когда и оппозиция режиму реальна. То есть четко представляет, что именно отвечает ее интересам, в каких вопросах она готова сотрудничать, а на какие уступки не пойдет ни при каких обстоятельствах. И это тоже урок польского "Круглого стола".

Ежедневный аналитический журнал GlobalRus.ru ©2024.
При перепечатке и цитировании ссылка обязательна.