GlobalRus.ru
Раздел: Суждения
Имя документа: Правила игры
Автор: Алексей Чадаев
Дата: 26.08.2003
Адрес страницы: http://www.globalrus.ru/opinions/134412/
Правила игры

Почему у нас такая дешёвая демократия

Оказывается, мы зря волновались. Знающие люди объяснили, кто, на кого и почему наехал в истории с ЮКОСом. Чекистский заговор против либерализма и частной собственности придумали журналисты и пиарщики, нанятые олигархами – в этом особых сомнений нет. На самом деле и триумф «силовиков», и новый передел собственности так же далеки от сегодняшнего дня, как Великая Октябрьская Социалистическая Революция. То, что происходит вокруг ЮКОСа и иже с ним, – всего-навсего профилактические мероприятия, призванные поставить на место одну зарвавшуюся и оборзевшую компанию. И мероприятия эти, вне всякого сомнения, санкционированы Кремлём. У которого на то были свои веские основания.

Дело отнюдь не в том, что Ходорковский и Cо «высунулись» сильно за ватерлинию –  это Бог бы с ними: к понтам самим по себе власть всегда относилась достаточно лояльно. Ну, получили кредитный рейтинг выше, чем у страны, влезли в список «Форбса» со своими миллиардами, создали мегаальянс с рекордной капитализацией, провели огромную, на всю страну пиар-кампанию, рассекают себе в РСПП… Всё это, хоть и дорогие, но бирюльки, типа брынцаловского золотого унитаза; сфера компетенции «слова и дела государева» начинается совсем не здесь. Просто эти лихие ребята из ЮКОСа, помимо прочих своих подвигов, скупили оптом и в розницу практически всю Госдуму. И это в какой-то момент уже стало по-настоящему опасным.

В администрации президента говорят, что от былых времён, когда г-н Сурков мог организовать абсолютно любое голосование по любому вопросу, в последний год остались одни воспоминания. Голосования рулились уже не столько из Кремля, сколько «из Колпачного переулка». То же самое подтверждают и в самой Думе: там в последнее время можно часто услышать рассказы о том, как в промежутках между голосованиями по рядам ходят некие люди и раздают депутатам конверты. После чего картина на табло фантастическим образом меняется. И, следовательно, приходится всерьёз задаваться вопросом: а где же власть? Или, точнее, ху из мистер Путин?

А потому появление на авансцене суковатой дубины в лице прокурора Устинова, по мнению осведомлённых инсайдеров, не должно никого изумлять. Это никакой не разгром и даже не то чтобы серьёзный наезд; просто своего рода сигнал: смотрите, мол, там. На Боровицком холме ещё не все зубы порастеряли в общей расслабухе. Начальство бдит.

И, значит, всё, что требуется от прищемленных «олигархов» - утихнуть, отозвать своих архаровцев с Охотного, свернуть медийный вой и, как в добрые старые времена, скинуться по гривеннику тому же Суркову на организацию правильных выборов. Без всяких там самостоятельных действий – ни на партийно-политическом, ни на каком-либо ином фронте. Гоняете свой мазут за бугор – вот и гоняйте, пока дают. И делитесь вовремя. Потому что порядок должен быть.

Картина более-менее ясная. Вопрос только в том, как так получилось, что Дума, такая пушистая и ручная, вдруг резко и разом поменяла сосок на вымени? И кто в этом виноват – только ли злокозненные олигархи с Колпачного? Как вообще в наше время стала возможна угроза перехвата хоть каких-то политических рычагов? Всё-таки помянутый Сурков и его практически безотказная технология «разводки» охотнорядской говорильни – тоже, понимаете ли, не кот чихнул; это, как ни крути, одна из институциональных основ действующего режима.

Для того, чтобы это понять, надо вспомнить недавнюю историю – а точнее, как именно администрация президента ставила в коленно-локтевую позицию нашу родимую Госдуму. Технология была до обидного похожей на то, что сейчас делают олигархические лоббисты: приходили люди с конвертами и решали вопросы с депутатским корпусом. Даже деньги были из той же самой тумбочки: разница только в том, что раньше они передавались через кремлёвских посредников, а сейчас – напрямую. И в самом деле: короче цепочка – меньше издержки; золотое правило в любом бизнесе.

А потому крокодиловы слёзы государевых людей вызывают, по меньшей мере, недоумение. Именно они на протяжении всех последних лет превращали наш и без того убогий парламент в абсолютную фикцию, инструмент для проштамповки решений, принимаемых совсем в других местах. А кто, собственно, гарантировал в этой ситуации власти монополию на пользование этим инструментом? Ведь если реальной управленческой технологией является именно «рубильник», а не прикрывающий его снаружи публичный балаган – стало быть, и борьба пойдёт за него, а не за что-то другое. Вот она и пошла.

То, что случилось с ЮКОСом – лишь следствие из правил игры, установленных властью. Когда единственный способ реального влияния на политику заключается в том, чтобы принести в Думу конверты с письмами князя Хованского, их и будут нести; вина ЮКОСа – лишь в том, что они научились это делать несколько раньше других, и у них скопилось немного больше денег. При отсутствии не то что инструментов цивилизованного лоббизма, а даже и нормальных партий, ничего другого и быть не может.

Борясь с постперестроечным хаосом и выстраивая в его пыли «управляемую демократию», с политтехнологиями вместо политики, с «пиаром» вместо журналистики и унылым балаганом вместо парламента, отцы наши, естественно, хотели как лучше. Так, им казалось, можно было проводить хоть какую-то осмысленную и целенаправленную политику – ну, а «народ» их невинный обман в конце концов поймёт и простит. Однако они не учли одного: если монаршьей волей отменить политическую жизнь, она от этого не умирает – просто становится нелегальной и неочевидной, уходит из публичного пространства в кухонное и подковёрное. То же самое – и со свободой слова, и с любыми реальными социальными конфликтами: их невозможно отменить «указом о введении единомыслия в России». Утрата возможности высказаться вслух приводит к тому, что люди начинают говорить то же самое в кулак, и тогда ситуация становится драматически непредсказуемой.

Это же касается и лоббизма: если для какой-либо компании невозможно легально внести деньги в избирательный фонд той или иной партии – в обмен на уверенность в том, что эта партия, будучи избранной, проголосует в соответствии с её интересами, то придётся нести конверты. Ибо по положению на сегодня вовсе исключить бизнес из политики попросту невозможно – и пора бы это понять.

Принципиальная разница между властью и бизнесом в том, что первая устанавливает правила игры, а второй по ним живёт – часто нарушая их, пытаясь как-то их изменить, придумывая лазейки и т.д. Собственно, точно так же, как это делают обычные люди – с тем только отличием, что масштаб и возможности корпораций существенно большие. И потому в том, что нынешнюю Думу оказалось так легко купить, виновата только и исключительно власть: именно из-за неё вся наша демократия оказалась настолько дешёвой. Собственно, её стоимость равна всего лишь совокупной стоимости московской политтусовки – для нефтяной компании из первой десятки всё равно что секретаршам на шпильки.

Если бы демократия была реальной, её стоимость была бы равна совокупной стоимости страны – конвертов такой толщины не бывает даже в очень больших нефтяных компаниях. Но для этого Кремлю пришлось бы расстаться с любимой иллюзией полного контроля над ситуацией – а к этому он в обозримом будущем попросту не готов. Конечно, партии, выборы, агитация, вообще публичная политика в любой стране  - мутная пакость. Не говоря уж о том, насколько всё это затрудняет работу власти в России. Тот же Сурков, в пересказе депутата Надеждина, выражался некогда так: «если бы у нас были реально свободные выборы, Дума была бы попросту недееспособной». Он, наверное, был недалёк от истины – с той только поправкой, что выборы «управляемые» делают Думу столь же недееспособной, да к тому же дорогой и опасной в эксплуатации. И это – вообще системная проблема нашей российской демократии  - она либо "управляемая", и тогда - Византия, либо -"неуправляемая", и тогда - хаос.  Возможен, впрочем, и третий вариант – о нём пойдёт речь в следующей статье.

Ежедневный аналитический журнал GlobalRus.ru ©2019.
При перепечатке и цитировании ссылка обязательна.